Трудные леди школы Бауман  - Марина Болдова

– С ребенком?

– И то правда – мальчонки с ним не было. Видать, к матери отвез. А что, Кольки-то дома, что ль, нет? Об эту пору он всегда дома. Ты позвони ему в дверь-то, позвони. Откроет он. Хотя если пьяный или еще как, то не откроет… Не пахло от него в последнее время водкой-то, а глаза шальные и не здоровается… Внук мой, моряк, сказал, от наркотиков.

– Звони, Степнов. Все равно нам с ним поговорить нужно. Возможно, видел что-то.

– Виктор Сергеевич, там машина подъехала.

– Это, наверное, дочь. Домработница, с которой я разговаривал, обещала ее найти, – Виктор выглянул в окно: темный джип припарковался у соседнего подъезда. Из машины со стороны водительского сиденья вылез высокий цыган. С другой стороны из открытой дверцы сначала показалась изящная ножка в легких босоножках, а затем и сама женщина. Цыган помог ей обойти лужу, и они вместе вошли в подъезд.

– Здравствуйте, я – Виктория Лунева, дочь Валерии Георгиевны Шляхтиной. – Женщина выглядела на удивление спокойной. – Что с моей матерью?

– К сожалению, она мертва. – Виктор, видя ее спокойствие, решил не скрывать истинное положение дел. – Когда и где вы виделись с ней в последний раз?

– Десять лет назад. В зале суда, где ее судили за убийство моего отца. Вчера она вернулась в город, но мы не встречались, меня дома не было. Няня моих детей отдала ей ключ от этой квартиры, и она уехала.

– А где вы были сегодня?

– И сегодня, и последние три дня я нахожусь с подругой Софьей Гурской, у которой в семье большое несчастье.

– Я знаю: похищен ребенок. Простите.

– Да. И убит муж. Поэтому я с ней. Я могу узнать, что здесь произошло?

– Шляхтина Валерия Георгиевна получила удар по голове тяжелым предметом, затем скатилась с лестницы. Перелом шейных позвонков.

– Значит, ее убили? Вот ты и расплатилась за убийство папы, мамочка, – тихо сказала Вика, глядя на прикрытое простыней тело.

– Вам ее совсем не жалко? – не выдержал Виктор.

– При чем здесь жалость? Ничего не происходит безнаказанно. Рано или поздно с ней случилась бы беда.

– Вика, наверное, нужно поехать с телом в морг. Давай я тебя отвезу домой или к Соне, а сам займусь формальностями. – К Вике подошел молодой мужчина. – Иван Лунев, – представился он Виктору.

– Да, вы можете ехать.

– А о каком мальчике рассказывает вон та старушка? – спросил Гордей, прислушавшись к голосу Веры Сергеевны.

– Это она про соседа. К нему приехала женщина с сыном. Но, похоже, их никого уже в квартире нет. – Виктор смотрел на безуспешную попытку своего коллеги дозвониться в дверной звонок. – Вера Сергеевна, а женщина, которая приезжала к Кучневу, куда делась?

– Вот чего не видела, того не видела. Раз не открывает никто, знамо, нет ее там. Но свет-то в кухне горит! Однако, а Колька где? А машина из гаража больше не выезжала! Дома он, должно, спит пьяный, – уверенно сказала она. – Постойте, у меня ключ есть от Колькиной квартиры, мать его, покойница, давно дала, когда болела. Принести?

– Да, Вера Сергеевна, принесите, пожалуйста. Сходи с ней, Степнов.

– А старушка, как я понял, мальчика видела? – Гордей посмотрел на Виктора.

– С балкона второго этажа. И спящего.

– Среди дня? Вам не кажется странным: чужой мужик тащит спящего ребенка к машине и увозит его в неизвестном направлении?

– Что вам кажется странным? Это – ребенок его подруги.

– Вика, у тебя есть фотография сына Сони? – гнул свое Гордей.

– Да, мы втроем: Соня, я и Антошка, недели две назад на даче. – Вика полезла в сумку, достала мобильный телефон и открыла галерею снимков. – Вот.

– Вера Сергеевна, посмотрите, не этого мальчика вы видели с вашим соседом? – показал он снимок подошедшей с ключами от двери соседа старушке.

– Он! Точно он! Кудряшки белые, и костюмчик этот.

– Вера Сергеевна, вы ничего не путаете? – Виктор все еще сомневался.

– Да нет же! Сверху-то, с балкона, хорошо видно. Он, ангелок, точно он.

– Степнов, открывай дверь.

– Николай, вы дома? – Виктор зашел в квартиру первым.

– Там кухня-то, – Вера Сергеевна шустро пробежала по коридору мимо Виктора. – Ой, батюшки! – донеслось оттуда.

Николай Кучнев действительно был там. Он спал мертвым сном, уронив голову на кухонный стол.